От составителя программы компакт-диска

Почему одно и то же запечатленное в нотах музыкальное произведение меломаны стремятся услышать в разных исполнениях?

Отчего музыкально образованная публика предпочитает одних исполнителей другим?

Что отличает исполнение выдающегося музыканта от заурядной игры виртуоза?

Эти и подобные им вопросы возникают у каждого, кто всерьез приобщается к классической музыке.

Разобраться в этих вопросах не так сложно, если сравнивать исполнение одних и тех же произведений разными музыкантами (в данном случае пианистами).

Объективно игра пианистов различается небольшими постоянными убыстрением или замедлениями темпа, быстрыми отклонениями ритма от указаний нотного текста (так называемой агогикой), фразировкой и оттенками динамики. Есть и другие — трудно определяемые объективно — индивидуальные особенности звукоизвлечения, которые выражаются в характере прикосновения пальцев пианиста к клавишам инструмента.

Не правда ли, не так уж много у пианиста выразительных средств! А если принять во внимание то, что свобода исполнителя классической музыки жестко ограничена рамками нотного текста, то с удивлением обнаруживаешь, что все несметные богатства интерпретации выражаются посредством ничтожных отклонений от этого текста. Эти отклонения мы называем чуть-чуть.

Чуть-чуть — единственное слово из общечеловеческого языка, которое характеризует все то, что дозволено доносить исполнителю до слушателя независимо от их национальной, религиозной и языковой принадлежности. С помощью чуть-чуть исполнитель может выявить духовную суть произведения, раскрывать себя, свою художественную индивидуальность, проявлять свой тонкий вкус, изящество и романтизм в манере игры, а также выражать множество других тончайших вещей — то есть все то, что должно погружать слушателя в состояние созерцательного блаженства. Именно эта способность передавать слушателям высшие духовные ценности на языке чуть-чуть и отличает выдающегося музыканта от посредственности.

Когда пианист абсолютно точно исполняет великое произведение, но не владеет  чуть-чуть, его игра будет восприниматься как мертвая, а значит, не будет волновать слушателей, если, конечно, не принимать всерьез мнение тех, кому такое выступление понравилось.

Сегодня, когда есть возможность сравнивать в записях интерпретации пианистов начала ХХ века с интерпретациями наших современников, мы с горечью вынуждены признать, что искусством высказываться на языке чуть-чуть владели только выдающиеся пианисты прошлого, а начиная со второй половины ХХ века искусство это было и вовсе утрачено.

Пианисты нынешнего поколения в большинстве своем искусством чуть-чуть не владеют, а многие о нем даже не подозревают. И это понятно, ведь начиная с музыкальной школы их обучали только точному следованию нотному тексту, не уделяя при этом внимания духовному и эстетическому развитию личности музыканта. И конечно, никто не заботился о том, чтобы открыть и развить в них способность высказываться на языке чуть-чуть.

Ну и о чем может рассказать слушателям духовно неразвитой музыкант? Именно вследствие этой неразвитости в концертных залах всего мира господствуют исполнители, которые поневоле уподобляются ткачам из сказки «про платье голого короля».

Для того чтобы вернуть интерес к искусству музыкальной интерпретации, к ее духовному и художественному содержанию, нами была составлена программа компакт-диска, которая включает пять хорошо известных фортепианных произведений Бетховена, Шуберта, Шопена и Листа. Все эти произведения в начале ХХ века исполнялись замечательными пианистами,  которые к тому же были легендарными личностями. Это  М. Розенталь (ученик Листа), И. Я. Падеревский (преемник Антона Рубинштейна), А. Шнабель (снискавший славу самого лучшего исполнителя Бетховена), В. Бакхауз (признанный в начале ХХ века великим интерпретатором Бетховена и Листа), С. Рахманинов, Э. Фишер, ранний В. Кемпф (о них мы многое уже знаем), а также А. Браиловский (малоизвестный в нашей стране тончайший интерпретатор музыки Листа), ну и конечно, блистательный И. Гофман.

Мы полагаем, что диск, столь насыщенный исполнительскими чуть-чуть, будет любопытен всем, кто проявляет искренний интерес к классической музыке.

Музыкантам-профессионалам: для них этот диск станет настоящим мастер-классом, так как здесь сравниваются практически отсутствующие в отечественных звукозаписях великолепные интерпретации хорошо известных произведений, исполняемых великими мастерами фортепианной игры начала ХХ века.

Меломанам: они испытают подлинное наслаждение от совершенных и в то же время таких отличных друг от друга интерпретаций.

Начинающим: им диск поможет приобщиться к классической фортепианной музыке; им откроются и духовная сущность интерпретации, и ее чувственная магия, а главное — значение чуть-чуть при формировании музыкальных впечатлений, а также необъятные возможности фортепиано как инструмента.

Аудиофилам и разработчикам High End: большинству из них известно, что аудиоаппаратура уничтожает в музыке в первую очередь чуть-чуть; им предлагается использовать этот диск в качестве т е с т а, с помощью которого им удастся  оценить способность аппаратуры передавать упомянутое чуть-чуть, не отвлекаясь на передачу частотного и динамического диапазонов и других звуковых  реальностей. Несмотря на то что возможности фортепиано в создании интонационного и тембрального рисунка весьма ограниченны, диск откроет им, каким образом в исполнении великих музыкантов один и тот же нотный текст может звучать как разные произведения.

Анатолий Лихницкий

 

Что значит «Чуть-чуть» в фортепьянной музыке

(из серии: великие интерпретации)

 

Ф. Лист - Венгерская рапсодия № 2

[1]

Альфред Корто

HMV D.B.1042 (1927)

9:18

[2]

Мориц Розенталь

Telefunken 30473 (1930)

7:43

[3]

Игнаци Ян Падеревский

HMV D.B.381 (1922) /ак. запись/

8:15

 

Ф. Лист - Лиебестраум № 3

[4]

Вильгельм Бакхауз

Electrola D.B.926 (1926)

3:47

[5]

Александр Брейловский

Grammophon 95203A (1926)

4:29

[6]

Мориц Розенталь

Ultraphon 30476 (1930)

3:55

 

Ф. Шуберт - Экспромт ор. 90 № 4

[7]

Сергей Рахманинов

HMV D.B.1016 (1925) /ак. запись/

4:29

[8]

Эдвин Фишер

Victor JD1426 (1938)

7:34

 

Ф. Шопен - Ноктюрн ор. 9 № 2

[9]

Иосиф Гофман

Victor RL38B (Cc16227) (1935-36)

4:10

[10]

Игнаци  Ян Падеревский

Victor VD 8227-A (7416-A) (1930?)

3:50

 

Л. Ван Бетховен - Соната ор. 27№ 2 («Лунная») /1-я часть/

[11]

Вильгельм Кемпф

Grammophon 90191 (1931)

5:40

[12]

Вильгельм Бакхауз

Electrola D.B. 2405 (1929)

4:50

[13]

Игнаци Ян Падеревский

HMV D.B. 3123 (1931)

5:31

[14]

Артур Шнабель

Victor JD 235 (2B 6602-1) (1933)

4:57

 

 

 

Общее время звучания:

 

78:09

 

|A|→|D|, livingMONO, Лаборатория оживления записей, AML+

 

Концепция и составление программы А. Лихницкий (c) 2004

Ремастеринг А. Лихницкий (p) 2004

Записи из коллекции А. Лихницкого и Ю. Голубева-Новожилова.

Продюсер С. Шабад